Антусевич: «Невозможно построить роботизированную экономику при феодальном управлении»

В условиях все более очевидного дефицита местных кадров и небольшого количества трудовых мигрантов власть пытается найти «идеальных работников»: тех, кому не нужно будет платить зарплату, чью политическую лояльность проверять нет необходимости, и у которых даже в мыслях не возникнет крамольного желания в случае чего защитить свои права. 

Грандиозными планами поделился недавно первый замминистра экономики Иван Вежновец, заявив в эфире «Беларусь 1», что внедрение роботов позволит отечественным предприятиям примерно втрое (!) сократить потребность в работниках.

Планируется, что к 2030 году в Беларуси будет до 100 роботов на каждые 10 тысяч работников. Так правительство спешно отреагировало на указ Лукашенко № 198 «О стимулировании роботизации», принятый в июне.

Так и хочется воскликнуть: ну класс, идем в ногу со временем, смотрим вперед, развиваемся! Но почему же, почему сразу вспоминается незабвенный Остап Бендер с его Нью-Васюками?

Присмотримся к цифрам. Например, по состоянию на февраль 2026 года в Евразийском экономическом союзе Беларусь по плотности роботизации в промышленности разделила последнее место с Арменией и Кыргызстаном — 5 роботов на 10 тысяч рабочих. При этом среднемировой уровень составляет около 200 роботов на 10 тысяч рабочих.

Комментируя «Салідарнасцi» планы правительства, заместитель председателя Беларуского конгресса демократических профсоюзов Сергей  Антусевич отметил, что такими цифрами – 100 роботов на 10 тысяч человек – Беларусь даже середняков не пытается догонять.

– Например, в Южной Корее этот показатель составляет более 1000 роботов [на 10 тысяч рабочих], в Сингапуре – 800, в Китае – 450, в Германии – 400. А в 2030 году эти показатели будут, не сомневаюсь, выше. Так что 100 роботов – это ни о чем в тренде мировой экономики, да и то совершенно непонятно: осуществим ли вообще этот план при нынешней экономической ситуации в Беларуси и неэффективной системе управления?

Все это требует огромных инвестиций, которые Беларуси взять негде. Плюс после 2020 года для страны закрыт доступ ко многих современным технологиям и компонентам в результате санкций.

Вот замминистра экономики Вежновец говорит, что использование роботизированных комплексов позволяет примерно в три раза сократить необходимость в привлечении трудовых ресурсов. Но не все так просто.

При роботизации производства меняется структура рынка труда. Может исчезать неквалифицированный ручной труд, какие-то повторяющиеся монотонные процессы, которые можно заменить машинами. Однако появляются другие позиции, для которых нужны будут высококвалифицированные специалисты – наладчики, программисты, инженеры – словом те, кто будет обслуживать роботизированные системы.

И хотя мы все больше слышим мнений о том, что искусственный интеллект заменит тех же программистов, ситуация и здесь тоже неоднозначная. Да, каких-то людей и процессы ИИ может заменить, но не всех и не везде.

Однако власти Беларуси используют и эту «страшилку» в регулировании нынешней дискриминационной трудовой сферы – дескать, не будете хорошо работать и слушать нас, придут роботы и вас заменят. Это последствия травмы 2020 года, которая есть у чиновников. Она прослеживается абсолютно во всем, начиная со всех этих заявлений – «нужны работники, которые не будут отстаивать свои права».

На самом деле нынешней власти, когда она говорит о привлечении трудовых мигрантов, нужны в большей степени не высококвалифицированные работники, а люди-роботы, которые не будут ни о чем спрашивать, будут работать за скромную зарплату, будут бояться, что за какое-то малейшее нарушение или то, что правоохранительным органам или чиновникам покажется правонарушением, их могут депортировать. 

Кроме того, я плохо понимаю, как сегодня возможно разрешить фундаментальное противоречие в стране – совместить роботизацию с феодальным управлением экономикой XXI века.