Лаврухин: «Раньше у выпускников была возможность уехать послом в Германию, а теперь — в одну из африканских стран»

Низкие проходные баллы в медвузы и даже недобор на некоторые специальности стали главной отличительной чертой этой вступительной кампании.

Все вузы активно брали целевиков, больше всего медицинские — более 2 тысяч человек. Также на специальности инженерно-технического профиля зачислили около 1,3 тыс. целевиков, на педагогические —1,2 тыс., аграрные — 700.

Филин обсудил первые результаты вступительной кампании с зампредставителя ОПК по национальному возрождению в вопросах образования и науки Андреем Лаврухиным.

— Согласно данным Минобразования, при плане приема на бюджетные места 33,1 тысячи подали 52 тысячи заявлений. Средний конкурс составил 1,6 человек на место.

Самые большие конкурсы были на специальности «Графический дизайн и мультимедиадизайн», «Прикладная физика», «Правоведение», «Программная инженерия» и «Международные отношения».

Здесь неожиданным кажется ажиотаж на «Прикладную физику». Это ведь не «Международные отношения» или IT.

— На ваш взгляд, чем это можно объяснить?

— Это будет предметом отдельного исследования. Могу предположить, что сыграли роль современные тренды. Прикладная физика подразумевает как раз коммерциализированный продукт, патенты на инновации.

Возможно, с научной точки зрения, это связано с тем, что в Беларуси есть хорошая школа оптики. Есть успешно изобретенные оптические приборы, которые сейчас в том числе применяются и для войны.  

— То есть фактор востребованных специалистов для производства оружия тоже может играть роль?

— Есть такая вероятность.

На самом деле был и конкурс на целевые места. При плане приема 6,3 тысячи мест документы подали 9,1 тысячи претендентов.

В итоге зачислили 5,6 тысячи человек, осталось 700 незанятых целевых мест. У этой категории абитуриентов, не считая медицинских специальностей, наиболее популярным был инженерно-технический профиль, как ни странно, педагогический и аграрный.

Интересно, что в БГУ на преподавательские специальности также был конкурс. И в целом рост конкурса на специальности педагогического профиля я бы тоже отметил как особенность нынешней кампании.

Чтобы объяснить мотивацию подростков и их родителей, нужно немного больше времени. Дело в том, что условия для педагогов в Беларуси не изменились.

Наоборот, им теперь нужно выполнять и ряд идеологических функций по оболваниванию детей. Поэтому сейчас мне сложно говорить о том, чем обусловлен этот интерес.

— В остальном получается классическая схема — судя по конкурсам, самыми популярными стали IT-специальности и «Международные отношения».

— И еще «Правоведение». Юридические факультеты — это такая старая, еще с 90-х годов, мотивация. Если говорить про «Международные отношения», этот факультет всегда был своеобразным входом в элиту, возможностью за годы обучения получить социальный капитал, связи.

И это, похоже, по-прежнему работает. То есть люди внутри страны хотят принадлежать к элите в обществе, даже к той, которая есть сейчас.

И этот выбор говорит о том, что общество внутри страны в каком-то смысле перевернуло страницу после 2020 года. Это и косвенное свидетельство того, что легитимация есть, система продолжает работать.

Очевидно, люди верят в то, что все будет как-то налаживаться, через четыре года обучения так точно. Интересно, что на факультете «Международных отношений» появилась специальность «Востоковедение и африканистика».

То есть раньше у выпускников была возможность уехать послом, например, в Германию, а теперь — в одну из африканских стран. Вектор изменился.

— Что касается мединских вузов, является ли снижение проходных баллов и недобор на некоторые специальности следствием различных изменений последних лет: отмены платного образования, увеличения сроков обязательной отработки, роста числа целевиков?

— Не исключаю, что это играло роль. Обязательное распределение и целевики — это негативные факторы, не позитивная мотивация. Часть абитуриентов вообще уехала.

Не менее, а, может, и более важный фактор, это понимание ситуации, когда медобразование ведет в общем-то к тупиковому пути карьерной траектории.

Что вас ждет? Вы вполне можете оказаться в провинции, из которой нельзя будет вырваться, где ужасные условия для жизни и никаких перспектив для дальнейшего роста. Конечно, понимание этого играет свою роль.

Плюс сам срок отработки пять лет — это, правда, как рабы на галерах. И многие понимают, что это будут просто потерянные годы жизни.

Могу сказать, что это действительно сигнал — отбить желание даже у такой, достаточно консервативной и в общем сильно мотивированной корпоративной культуры, как врачи и их родители.

А в медуниверситеты идет большая часть потомственных медиков. И вот произошел какой-то важный перелом в мотивации, которую достаточно сложно было сломать.

Но это удалось, как оказалось, за несколько лет. А вот сколько времени потребуется, чтобы выстроить эту мотивацию заново, трудно сказать.